Почему Ироха-сан и Дайя не понимают таких простых вещей, они же вроде как очень умные? Может, они не способны представить себе исход, который я сейчас обрисовал?
– То, что ты делаешь, – это ни разу не правосудие и не очищение мира; это убийство. И ты, и Дайя – вы оба свихнулись от чувства власти, которую вам дает «шкатулка», и сами теперь совершаете грехи. То, к чему вы стремитесь, – все те же массовые убийства, которых и так полно в человеческой истории. Вы не устраиваете революцию – вы просто делаете еще одну громадную, непростительную ошибку.
Я шагаю к молчащей Ирохе-сан.
– Поэтому я остановлю вас.
Я встаю так, чтобы нож был совсем рядом.
– …
Кажется, мои слова Ироху-сан несколько смутили.
То, что я сказал, – чистая правда, и она должна это осознавать.
Но все же она отвечает:
– …Почему ты делаешь такое лицо?
– …Лицо?
– Ну да, твое лицо! Ты своими словами борешься со мной, пытаешься загнать меня в угол, – с горечью в голосе произносит она, – но почему ты при этом так ласково улыбаешься?
Я на автомате тянусь руками к лицу.
– Ты не должен был бы так улыбаться. Более того – нормальный человек не мог бы сказать то, что ты сейчас сказал.
– …Я не сказал ничего странного и глупого!
– Да, не сказал. Но нормальный человек не способен судить так объективно в такой ситуации. Если девушку, которую ты любишь, похитили, в норме ты выходишь из себя и не можешь собирать такие сложные логические конструкции.
– Ты хочешь сказать, что мне следует быть более эмоциональным?
– Я не говорю ни про эмоции, ни про рассудок. Твое поведение вообще на другом уровне. Нормальный человек так не может. Просто… не может…
На ее лице сейчас видно замешательство пополам со страхом.
– Откуда…
И с этим выражением лица она спрашивает:

– Откуда ты наблюдаешь за миром?